webaleksandr (webaleksandr) wrote,
webaleksandr
webaleksandr

Тайные (но доступные) дворы Питера: со мной либо без меня. Top-5 дворов Литейного проспекта

Оригинал взят у dimagubin в Тайные (но доступные) дворы Питера: со мной либо без меня. Top-5 дворов Литейного проспекта
Я не делаю из своих маршрутов по питерским дворам тайн: каждый, кто приходит на мою экскурсию, получает от меня карту с маршрутным листом.

Мне нравится, если не я один знаю, что скрывается за воротами и поворотами: Петербург тогда увеличивается, расширяется на глазах. Иногда точно так же я получаю информацию от своих спутников. Например, странные башни и кубы в питерских дворах оказались выходами из бомбоубежищ. Их высота прямо пропорционально высоте соседних домов и обратно пропорционально расстоянию до них. Дело в том, что просто прятаться в подвалах от бомбежек было нельзя: в начале войны, если в дом попадала бомба, вход в подвал нередко заваливало, а подвал заливало из разорванных труб. Спасшиеся от бомб тонули. Тогда стали делать отдельные башни-выходы. Вот, кстати, одна из таких конструкций:


На ближайшие экскурсии у меня уже нет мест. Но я только что написал для "Петербургского авангарда" (спецпроект агентства Росбалт) краткий обзор 5 самых интересных дворов на Литейном проспекте, - так что кое-что можно увидеть и без меня.

Чтобы увидеть текст с картинками, нужно нажать сюда.

А сам текст даю ниже.

5 тайных дворов и садов Литейного проспекта от Дмитрия Губина

Литейный проспект пылен и шумен. Каменная перспектива, деревьев почти нет. Немногие хотели бы жить окнами на проспект. Кроме того, Литейный обильно сохраняет какие-то совершенно советские, перестроечные институции: вот магазин «бохатого» чешского хрусталя (не хватает братков в малиновых пиджаках), вот пахнущая немытым телом интеллигентская галерея «Борей», вот, по соседству, «Дом книги» с настороженными продавщицами. Однако это фасад, прикрытие от чужака. Прячущиеся во дворах сокровища делают прогулку здесь невероятным наслаждением.

1.      Дворы на Литейном 11-17

В створе улицы Фурштатской расположен дом 11 по Литейному. Надпись на воротах предупреждает, что сквозного прохода-проезда нет. Это петербургский аналог знаменитого «Осторожно, злая собака!»
Не обращаем внимания на мифическую собаку и заходим во дворы. Они прекрасны, удивительны и связаны друг с другом вдоль и поперек, а иногда и по горизонтали. Это гигантское чрево Литейного, в котором что только ни прячется: от легальной Академии балета до футбольного поля и подпольного кукольного театра Tantamareski (танта-марески – это когда туловище куклы, а голова и руки «настоящие»). Театр скрывается в щели без опознавательных знаков, но во время спектаклей расцветает флагами, как корабль на рейде.
В дворах можно провести чуть не час, делая открытие за открытием. Вот – «висящий» на уровне второго этажа межфлигельный коридор, вот – смайлики из зеркал, а вот – выход на Моховую. Там в доме 19 была школа, в которой какое-то время учился Иосиф Бродский, - мальчик «упрямый, настойчивый, ленивый».
Вернуться на Литейный разумно через открытый двор возле дома 17, где теперь наистраннейший китайский сад – дар Шанхая Петербургу на 300-летие. Не пропустите граффити-мурал на стене трансформаторной будки: портрет основателя школы айкидо Морихэя Уэсибы работы группы HoodGraff. Коммунальные службы его не закрасили, потому что поклонником  HoodGraff является, якобы, сам губернатор Полтавченко.

2.      Сквозной проход с Литейного, 29 в дом Граббе на Моховой

Дом 29 – это строгий северный модерн работы архитектора Моравицкого, 1911-1912 годы. Но на самом деле дом (и множество других в дореволюционном Петербурге) вел себя, как блондинка при богатом спонсоре, которая то наращивает грудь, по подкалывает губы: дом строился и перестраивался по необходимости и моде, лишь бы привлекать внимание жильцов.
Смело ныряем через калитку в царство проходных дворов, мимо грозящих рухнуть стен, подпираемых контрфорсами… Держимся все время левее, пока не достигаем последнего двора – того, где копи-центр. Толкаем железную дверь подъезда справа. Чудо! – это еще и проход во внутренний двор дом генерала Граббе (Моховая, 26).
Почти все, попадая в этот двор через темный подъезд, начинают смеяться от контраста: перед нами – фальшивое римское палаццо, обильно уляпанное головами героев и цезарей, отлитых из смеси бетона и щебенки. В центре двора – неработающий фонтан. Если приглядеться, на стенах заметишь следы сбитых советской властью картушей с гербами владельца. Генерал Граббе при помощи архитектора Гингера явно мечтал оставить о себе след в веках, - и своего добился. Весь этот генеральский Ренессанс заставляет верить воспоминаниям протопресвитера Георгия Шавельского, характеризовавшего Граббе как дурака, скабрезника и себялюбца, благополучие которого строилась на том, что «он был любимым партнером Государя в игре в кости».
На заметку всем любимым партнерам нынешнего Государя.

3.      Литейный, 46, сад «Сен-Жермен»

Мимо трехарочного входа во двор многие пробегают – великая ошибка! За чугунной калиткой прохожего ждут средиземноморские красоты и Летний сад-2: с настоящий фальшивой решеткой «от Фельтена» (причем двор+сад по размеру почти равны стадиону на Крестовском).
История этого места будет понятна каждому, кто следил, например, за размашистой скупкой недвижимости вице-премьером Шуваловым. Так вот, в начале ХХ века крупный промышленник и член Госсовета Гукасов (тогдашний аналог Шувалова) решил приобрести в Петербурге жилье. Он, как и Шувалов, на мелочи не разменивался и купил на Литейном гигантский участок со всем, что было – от домов и теплиц до каретников. Задний флигель замаскировали под ампирный особнячок, а главные здания модный архитектор Хренов отделал под совершенную Италию: портики, пилястры, фонтан, маскароны (один ужасно похож на Николая Цискаридзе в почтенных летах). В довершение всех бед заднюю часть двора отделили копией той самой решетки из Летнего сада. То, что у образованного человека вызывает нервный смех, у Гукасова, должно быть, вызывало восхищение.
В советские времена обветшавшую римскую империю как только не называли – и «Пале-Роялем», и «Булонским лесом», но прижилось в итоге «Сен-Жермен». Говорят, «Сен-Жерменом» двор прозвала группа «Аквариум» и лично БГ, которые, якобы, собирались здесь на репетиции. Думаю, насчет репетиций – вранье. Но портвейн вполне могли пить.

4.      Итальянский сад между Литейным, 55 и 57

Со стороны улицы – сплошная невзрачность и тьфу. Вот вы идете от Невского по Литейному вдоль Нового пассажа, про который все и забыли, что это пассаж, потому что он давно разбит на отдельные парцеллы магазинов. Вот модные «Подписные издания» с кофейней и хипстерами; вот бутик экипировки «Зенита»; вот магазин для сильных, независимых дам-кошкофилок «LadyCat» с живущим внутри древним глухим котом Федором (помимо Федора, до наших дней тут дожили еще и дореволюционные интерьеры ар-деко). А дальше – шлагбаум, будочка охраны, клиника «Скандинавия» и некое подобие сада, который, похоже, разругался с садовником. Есть фонтан, чаще молчащий, чем журчащий. За фонтаном – скучный тыл Екатерининского института, то есть нынешней Публичной библиотеки, работы архитектора Кваренги. Аборигены зовут место «сквериком «Скандинавии»». Однако этот «скверик» - остаток гигантской части петровского Петербурга, называемой Итальянским садом.
Итальянский сад Петр подарил жене Екатерине. Длинный и узкий участок начинался у Фонтанки а заканчивался на Лиговском. Там, где сегодня читальные залы Публички, возвышался выстроенный Екатериной деревянный дворец. А на месте «скверика» был в итальянском духе сад: звездчатые дорожки, осевая аллея… Так вот: когда вы войдете в «скверик», все эти звезды и перекрестья и лягут вам под ноги в том самом виде, в каком ложились 300 лет назад под ноги первому русскому императору и императрице. Найдите старые, XVIII века, планы Петербурга – и получите тому подтверждение.

5.      Дворик с граффити на Литейном, 59

Хотя Петербург и гордится званием культурной столицы, в плане потребления культуры город близок к свадебному генералу. Или даже к генералу Топтыгину. Во всяком случае, отношение к главному искусству ХХI века – стрит-арту, которое в России обычно называют «граффити» - простое: немедленно замазать!
И замазывают, не разбираясь, - классно это или так себе, превращая уникальные дворы в банальные, оставляя малярные заплатки там, где раньше были сентенции Кирилла Кто, типа: «Эта надпись ни на что не претендует, кроме того, чтобы обратить на нее ваше внимание».
В итоге стрит-арт в Петербурге – как грибы в Ленобласти. Грибы растут, грибники их ищут, уцелевшие грибы труднонаходимы. Таким труднонаходимым является и дворовой аппендикс дома 59.
Сам дом неинтересен: рядовая настройка эпохи историзма, архитектурного безвременья. Ну, разве что в 1881 году здесь открылся первый специализированный «Букинист», а сейчас работает недурное кафе «Ketch Up Burgers». Скушен и первый двор, вход в который справа от бургерной. Но! Но! Но! (как пишут в таких случаях Александр Невзоров и Михаил Веллер) низкая подворотня слева ведет в дворик-аппендикс, весь разрисованный цветокрылыми оленятами, пандами, - бог знает чем! Тут же – обширные настенные переписки, порою в стихах.
Как-то раз я встретил в этом дворике двух джентльменов профессорского вида, всерьез обсуждавших, под влиянием каких грибов могло произрасти такое творчество. Признаться, ничего не понял, - но творчество в дворике точно есть.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments